Условия материального быта в королевстве диктовались экономическими и политическими реалиями. Одновременно шел процесс укрепления духовной дисциплины населения, который в XVII в. получил выражение в форме единой общегосударственной лютеранской культуры. Этим процессом управляли церковь и государственно-бюрократический аппарат — эффективные орудия королевской власти. Роль церкви в этом плане была неоценима. Идеологической кульминацией лютеранского богослужения являлась проповедь священника. В эпоху шведского великодержавия она все чаще наполнялась политическим содержанием, напоминая верующим о том, что уважение к королевской власти тождественно благоговению перед Господом.

Другой центральной темой проповеди было разрушительное влияние грехов на личность и общество. Согласно все более ортодоксально толкуемому лютеранскому учению, неискупленные грехи навлекали на людей гнев Божий, который в худшем случае мог поразить целое королевство, вызвав войны, эпидемии и неурожаи.

Борьба с тяжкими грехами велась в полном согласии с государственной властью. Началась она в 1608 г., когда Карл IX издал приказ о применении сурового кодекса наказаний из Книги Моисея. До XVII в. непредумышленное убийство, оскорбления и различные сексуальные преступления могли быть искуплены путем уплаты штрафов или путем экономических соглашений между семьями сторон. Теперь же корона укрепила свою власть над судопроизводством и стала активно применять смертную казнь, которая вершилась публично и сопровождалась грозными сентенциями, обращенными к собравшимся. Кроме верховного суда Свеа в Стокгольме, в королевстве были основаны новые апелляционные суды: в Або (1623), в Дерпте (Тарту) (1630) и в Йёнчёпинге (1634) — с целью придания судопроизводству единообразия и эффективности,